Мастер и Маргарита
Меню сайта
Наш опрос
Читали ли Вы роман "Мастер и Маргарита"?
Всего ответов: 356
Статистика



Besucherzahler russian bride
счетчик посещений

Rambler's Top100




Мастер и Маргарита
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Обмен WebMoney WMZ, WMR, WME, WMU, WMB.
Отдадите:
Получите:

Курсы обмена

Отдадите:
Получите:

Поддержи сайт -
кликни на рекламу!




Глава 11. Раздвоение Ивана.

     Бор  на противоположном берегу  реки, еще час назад освещенный  майским солнцем, помутнел, размазался и растворился.
     Вода сплошной  пеленой валила  за  окном.  В небе то и дело  вспыхивали нити, небо лопалось, комнату больного заливало трепетным пугающим светом.
     Иван тихо плакал, сидя на кровати и глядя на мутную, кипящую  в пузырях реку. При каждом ударе грома  он жалобно  вскрикивал и закрывал лицо руками. Исписанные  Иваном  листки  валялись  на полу; их сдуло ветром,  влетевшим в комнату перед началом грозы.
     Попытки поэта  сочинить  заявление  насчет  страшного  консультанта  не привели ни  к чему. Лишь только  он  получил от толстой фельдшерицы, которую звали Прасковьей Федоровной, огрызок  карандаша и бумагу, он  деловито потер руки и торопливо пристроился к столику. Начало он вывел довольно бойко:
     "В  милицию. Члена МАССОЛИТа  Ивана Николаевича  Бездомного. Заявление. Вчера вечером я пришел с покойным М. А. Берлиозом на Патриаршие пруды..."
     И сразу поэт запутался, главным образом из-за слова "покойным". С места выходила какая-то  безлепица:  как  это так  - пришел с покойным?  Не ходят покойники! Действительно, чего доброго, за сумасшедшего примут!
     Подумав  так,  Иван   Николаевич  начал  исправлять  написанное.  Вышло следующее: "...с  М.  А.  Берлиозом,  впоследствии  покойным...".  И это  не удовлетворило автора. Пришлось применить третью редакцию, а та оказалась еще хуже первых двух: "...Берлиозом, который попал под  трамвай..."  - а здесь еще  прицепился этот  никому не известный композитор-однофамилец, и пришлось вписать: "...не композитором..."
     Намучавшись с этими двумя Берлиозами, Иван все зачеркнул и решил начать сразу  с   чего-то   очень  сильного,  чтобы  немедленно  привлечь  внимание читающего, и написал, что кот садился в  трамвай, а потом вернулся к эпизоду с отрезанной головой. Голова и предсказание консультанта привели его к мысли о  Понтии Пилате,  и для  вящей убедительности  Иван  решил  весь  рассказ о прокураторе  изложить полностью с того самого момента, как тот в белом плаще с кровавым подбоем вышел в колоннаду иродова дворца.
     Иван работал усердно и перечеркивал написанное, и вставлял новые слова, и даже попытался нарисовать Понтия Пилата, а затем кота  на задних лапах. Но и  рисунки не помогли, и чем дальше - тем путанее  и непонятнее становилось заявление поэта.
     К  тому времени, как  появилась  издалека  пугающая туча  с  дымящимися краями  и накрыла бор и дунул ветер, Иван почувствовал, что обессилел, что с заявлением ему не совладать, не  стал поднимать разлетевшихся листков и тихо и горько заплакал.
     Добродушная фельдшерица  Прасковья  Федоровна  навестила поэта во время грозы,  встревожилась, видя,  что он плачет,  закрыла штору, чтобы молнии не пугали больного, листки подняла с полу и с ними побежала за врачом.
     Тот  явился, сделал укол в  руку Ивана и  уверил  его,  что  он  больше плакать не будет, что теперь все пройдет, все изменится и все забудется.
     Врач оказался прав. Вскоре заречный бор стал прежним. Он вырисовался до последнего дерева под небом, рассчистившимся до прежней полной голубизны,  а река успокоилась. Тоска начала покидать  Ивана тотчас после укола, и  теперь поэт лежал спокойно и глядел на радугу, раскинувшуюся по небу.
     Так продолжалось до вечера, и он даже не заметил, как радуга растаяла и как загрустило и полиняло небо, как почернел бор.
     Напившись горячего молока, Иван опять прилег и сам подивился  тому, как изменились его мысли. Как-то смягчился в памяти проклятый бесовский кот,  не пугала более отрезанная голова, и, покинув мысль о ней, стал размышлять Иван о том, что, по сути дела, в клинике очень  неплохо, что Стравинский умница и знаменитость и что иметь  с ним дело чрезвычайно приятно.  Вечерний воздух к тому же и сладостен и свеж после грозы.
     Дом скорби засыпал. В  тихих  коридорах потухли  матовые белые лампы, и вместо них  согласно распорядку зажглись слабые голубые ночники, и  все реже за  дверями слышались  осторожные шажки  фельдшериц на  резиновых  половиках коридора.
     Теперь Иван лежал в  сладкой  истоме  и поглядывал то на  лампочку  под абажуром, льющую с потолка смягченный  свет,  то на  луну,  выходящую  из-за черного бора, и беседовал сам с собою.
     - Почему, собственно, я так взволновался из-за того, что Берлиоз попал под трамвай? - рассуждал поэт. - В конечном счете, ну его в болото! Кто я, в  самом деле,  кум  ему  или сват?  Если как следует  провентилировать этот вопрос, выходит, что  я, в сущности, даже и не знал как следует покойника. В самом деле, что мне  о нем было известно? Да ничего, кроме того, что  он был лыс и красноречив до ужаса. И  далее, граждане, - продолжал свою речь Иван, обращаясь  к  кому-то,  - разберемся вот  в  чем:  чего  это  я, объясните, взбесился  на этого загадочного консультанта, мага и профессора  с  пустым и черным  глазом? К чему вся нелепая погоня за ним в подштанниках и со свечкой
в руках, а затем и дикая Петрушка в ресторане?
     - Но-но-но, - вдруг сурово  сказал где-то, не  то внутри, не то  над ухом, прежний Иван Ивану новому, - про то, что голову  Берлиозу-то отрежет, ведь он все-таки знал заранее? Как же не взволноваться?
     - О чем, товарищи, разговор! - возражал  новый Иван ветхому, прежнему Ивану,  - что здесь дело  нечисто,  это  понятно даже ребенку. Он личность незаурядная  и таинственная на все сто. Но ведь в этом-то самое интересное и есть! Человек лично был знаком с Понтием Пилатом, чего же вам еще интереснее надобно?  И вместо  того, чтобы  поднимать  глупейшую бузу на Патриарших, не умнее ли было бы вежливо расспросить о том, что было далее с Пилатом  и этим арестованным Га-Ноцри?
     А я черт  знает чем  занялся!  Важное,  в  самом деле, происшествие  - редактора журнала задавило! Да что от этого, журнал,  что ли, закроется? Ну, что ж поделаешь: человек  смертен и, как  справедливо сказано было, внезапно смертен.  Ну, царство небесное ему! Ну, будет другой  редактор и даже, может быть, еще красноречивее прежнего.
     Подремав немного, Иван новый ехидно спросил у старого Ивана:
     - Так кто же я такой выхожу в этом случае?
     - Дурак! - отчетливо сказал где-то бас, не принадлежащий ни одному из Иванов и чрезвычайно похожий на бас консультанта.
     Иван,  почему-то  не  обидевшись  на  слово  "дурак", но  даже  приятно изумившись ему,  усмехнулся  и  в полусне затих. Сон крался  к Ивану,  и уж померещилась  ему  и пальма  на  слоновой  ноге,  и  кот прошел мимо  - не страшный, а веселый, и, словом, вот-вот накроет сон Ивана, как вдруг решетка беззвучно  поехала в  сторону, и  на  балконе возникла таинственная  фигура, прячущаяся от лунного света, и погрозила Ивану пальцем.
     Иван без всякого испуга приподнялся на кровати и увидел, что на балконе находится мужчина. И этот мужчина, прижимая палец к губам, прошептал:
     - Тссс!

Форма входа
Поиск
Михаил Булгаков


Александр Галибин - Мастер

Анна Ковальчук - Маргарита

Мастер и Маргарита

Олег Басилашвили - Воланд

Кирилл Лавров - Понтий Пилат

Сергей Безруков - Иешуа Га-Ноцри

Владислав Галкин - Иван Бездомный

Александр Абдулов - Коровьев-Фагот

Александр Адабашьян - Берлиоз

Александр Филиппенко - Азазелло


Валентин Гафт - Каифа и Человек во френче

Александр Баширов - Кот Бегемот

Валерий Золотухин - Босой

Александр Панкратов-Чёрный - Лиходеев

Роман Карцев - Поплавский


Copyright MyCorp © 2017 © Powered by DJHallMC ©